Новости РОС

Новости РОС    


Дискуссия о социологии

Н.С.Розов «Главный дефицит - конструктивные теории как основа для программ сбора и обработки социологических исторических данных» (ответ на статью Ю.Н.Толстовой и заметку А.А.Давыдова)

Известно, что когда в интеллектуальный спор между двумя сторонами вступает третий, наиболее выигрышным его ходом является беспощадная критика обеих сторон по принципу «чума на оба ваших дома» [1]. Я был вполне готов следовать этому канону, но ничего не получилось. Мало того, что с большинством тезисов А.А.Давыдова [2] и Ю.Н. Толстовой [3] я согласен, но и больших расхождений между их позициями обнаружить не удалось. В целом, это малосущественные разногласия и нюансы внутри одного лагеря, ориентированного преимущественно позитивистски, эмпирически, номотетически и математически. И сам я того же поля ягода. О чем же тогда говорить?

Обращение к классическим воззрениям и давним спорам, безусловно, полезно. Я и сам много писал [4] про Спор о методе (Methodenstreit) между идиографическим и номотетическим (номологическим по К.Гемпелю) походами, причем, в связке с богатейшей интеллектуальной традицией исторической Школы анналов, крупными научными новациями в социальном и историческом познании XX века. Все же главное внимание должно быть направлено на научные перспективы, на выработку наиболее плодотворных направлений. В этом аспекте А.А.Давыдов упирает на овладение мощными методами математической и компьютерной обработки данных, а Ю.Н.Толстова - на сравнительную оценку приложимости и адекватности различных формальных методов, на использование прежних, несправедливо забытых методических достижений, а также на значимость содержательных социологических моделей.

Поскольку мне никак не удается встать в позу ниспровергателя, придется согласиться на скромную позицию продолжения и развития наиболее близких мне чужих идей. Ю.Н.Толстова пишет: «На первый план при выборе метода исследования должно выходить понятие модели. Социолог на всех этапах исследования должен формировать своего рода систему содержательных «аксиом» характеризующих его представления об изучаемом объекте». Если речь пошла об «аксиомах», то резонно предположить, что Ю.Н.Толстова здесь под «моделью» подразумевает теорию, но по каким-то причинам не желает этот термин использовать. «Система содержательных аксиом» — это и есть теория, как совершенно особый тип познавательных моделей, что же еще? Об удручающем «антитеоретическом консенсусе» в отечественном социальном и историческом познании мне уже приходилось писать [5,6,7]. В номологическом лагере такой напасти, кажется, нет. По крайней мере, и А.А.Давыдов и Ю.Н.Толстова веско и убедительно утверждают необходимость общих объяснений, выявления закономерностей на основе сравнения и обобщения, раскрытия причин явлений и проч., что и является сутью позитивного (т.е. основанного на эмпирическом материале) теоретического подхода.

Итак, у всех нас имеется значимая платформа согласия. Куда же теперь продвигаться дальше? Сделаю
еще один шаг в том же направлении и сформулирую следующий тезис. Именно задачи проверки, уточнения имеющихся теорий, построения новых теорий следует положить в основу не только математической и компьютерной обработки, но и самого сбора социологических и исторических данных. Современное обществознание накопило солидный арсенал методов, хуже дела обстоят с фактами, хотя бурно идет процесс размножения и накопления всевозможных баз данных (особенно, в американской и европейской науке). Получение новых данных является вообще наиболее трудным и ресурсоемким делом. Без программы теоретического продвижения все громоздкое вооружение методами и горы данных грозят стать «игрой в бисер», точнее, способом производить впечатление на власть с целью получения субсидий на дальнейшее нагромождение. Здесь обнаруживается еще один дефицит, пожалуй, ключевой в интеллектуальном плане.

При всем море разливанном моделей, концепций, подходов, парадигм, не говоря уже о «дискурсах» и
«модусах деконструкции», в социологии, дельных конструктивных теорий, с положениями, которые поддаются операционализации и эмпирической проверке, которые могут быть использованы для разработки нетривиальных решений практических социальных проблем, - отнюдь немного. Именно их
необходимо «инвентаризировать» и положить в основу исследовательских программ (в точности по И.Лакатосу) по сбору и обработке эмпирических данных. Ясно, что серьезные программы всегда затратные, для их оправдания нужно ориентироваться на потребности обеспечивать научную основу решения актуальных проблем общества (попутно замечу, что (пост)советская привычка апеллировать только к «вертикали» центральной власти давно должна быть потеснена более активным взаимодействием социологов с региональными властями, местным самоуправлением, бизнес-сообществами, политическими и общественными движениями).

Но каждая крупная «прикладная» исследовательская программа должна включать продвижение в фундаментальной социальной науке, а это и означает синтез, проверку и уточнение имеющихся теорий, разработку новых теорий. Итак, что бы могло кардинально переломить ситуацию? Я бы предложил начать с инвентаризации следующих семи блоков познавательных компонентов:

  1. Наиболее актуальные, приоритетные проблемы нашего российского общества, взаимодействия с другими обществами, самой международной системы, для практического разрешения которых необходимо социологическое (в том числе, историко-социологическое) знание. С этого следует начинать не только потому, что под актуальные проблемы легче получить достойное финансирование (хотя и это немаловажно), а потому что разумная доля прагматизма позволяет лучшим образом сорганизовать теоретическое описание.
  2. Арсенал конструктивных социальных и исторических теорий, концепций, моделей, с направленностью на операционализацию и проверку, а также с учетом конфликтов между конкурирующими теориями, актуальных дискуссий в мировой науке, эмпирических аномалий, противоречий, «белых пятен» и проч. Комплексирование этих теорий вокруг актуальных социальных проблем (п.1).
  3. Арсенал сравнительных, логических, концептуальных, табличных, графических средств и подходов
    для отбора, структурирования, первичной обработки данных, для «ручного» выявления общих паттернов и закономерностей, для проверки и уточнения теоретических и эмпирических гипотез (п.2), для прагматизации теорий - технологии их применения в решении актуальных социальных проблем (п.1).
  4. Арсенал математических моделей и методов, уже использованных или потенциально полезных для социального и исторического познания. Сопоставление и оценка пригодности этих моделей для использования и развития содержательных предметных теорий (п.2), анализ преимуществ и
    ограничений матмоделей для разных исследовательских областей и типов задач.
  5. Арсенал компьютерных методов обработки данных, их связи как с математическими моделями (п.4),  с предметными теориями (п.2), так и с возможностями получать новые знания, необходимые для решения практических проблем (п.1). Анализ преимуществ и ограничений этих методов для разных исследовательских областей, типов данных и типов задач. Возможности совместного и поочередного (челночного) использования компьютерных, математических (п.4) и «ручных» (п.3) подходов.
  6. Классификации, всевозможные группировки данных, наличных и доступных баз данных, способов получения и первичной обработки данных; возможности приведения данных к виду, позволяющему применять методы структурирования, матмоделирования, компьютерной обработки (пп.3-5), а также сопоставлять данные со следствиями предметных теорий (п.2).
  7. Арсенал исследовательских стратегий, связывающих пп.1-6 в единой и эффективной логике, результаты реконструкции классических, «хрестоматийных» исследований, «истории успеха» исследовательских программ и проч.

Если же эти семь пунктов превратить в семь глав серьезной коллективной монографии, собрать и консолидировать для этого авторов из наиболее значимых интеллектуальных центров России, реализовать эти идеи комплексе исследовательских программ, в сети семинаров, конференций, грантовых конкурсов, стажировок и проч., то лучшего пути продвинуть отечественное социологическое (и шире - социальное и историческое) познание, я и представить себе не могу.

Вообще, долгие методологические разговоры чреваты самодостаточностью, их надо вовремя прекращать. Мудрая и строгая Теда Скочпол как-то сказала мне: «Слишком многие и слишком много говорят и пишут о том, можно ли вообще делать и как, в принципе, надо делать социально-исторические исследования, я же предпочитаю просто делать их». Предлагаю перевести модальность завязавшейся дискуссии из взаимного выискивания точек разногласий в обсуждение совместного плана действий.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Коллинз Р.Социология философий: глобальная теория интеллектуального изменения.
    Новосибирск.: Сибирский Хронограф, 2002.
  2. Давыдов А.А. Фатальная ошибка социологии. М.: Официальный сайт РОС, 2010.
  3. Толстова Ю.Н. «Поиск смыслов» и использование математического аппарата в социологии (ответ на заметку А.А.Давыдова). М.: Официальный сайт РОС, 2010.
  4. Розов Н.С. Историческая макросоциология: методология и методы. Новосибирск.: Изд-во НГУ, 2009. 
  5. Розов Н.С. (Не)мыслящая Россия. Антитеоретический консенсус как фактор интеллектуальной стагнации // Прогнозис, 2007, №3, С.284-303.
  6. Разработка и апробация метода теоретической истории. Вып. 1 Серии коллективных монографий
    «Теоретическая история и макросоциология». Новосибирск.: Наука, 2001.
  7. Розов Н.С. Философия и теория истории. Книга 1. Пролегомены. М.: Логос, 2002.

 

 Перейти в раздел «Дискуссия о социологии»

 


назад


полная версия страницы

©2009-2010. Российское общество социологов (http://www.ssa-rss.ru.ru)