Идет борьба за количество учащихся,
а не за качество образования  
 

Перепечатано из газеты «Первое сентября». © газета  «Первое сентября», 2009.

Ольга Дашковская. Идет борьба за количество учащихся, а не за качество образования //газета  «Первое сентября», №20/2009

Идет борьба за количество учащихся, а не за качество образования

Эксперты анализируют промежуточные итоги реформ

На днях в Москве состоялась Всероссийская конференция «Образование и общество». Участники дискуссии обсудили влияние общественных запросов на качество образования и пути модернизации системы образования.

Первые «с конца»

В своем докладе заместитель председателя Комитета Госдумы по образованию Олег Смолин, ссылаясь на данные докладов ООН, проанализировал динамику такого важного показателя для характеристики страны, как индекс развития человеческого потенциала (ИРЧП), включающий благосостояние, долголетие и уровень образования.
Как выясняется, эта динамика – отрицательная.

По свидетельству Смолина, 20 лет назад мы входили в десятку наиболее развитых стран по человеческому потенциалу. В 1992 году, в страшный год кризиса, мы еще были на 34-м месте, в 1999-м, после дефолта – на 55-м, а дальше происходят парадоксальные явления.
Экономика страны растет, а человеческий потенциал и его показатели по сравнению с другими странами идут вниз. Несколько лет назад мы были 65-е, по предпоследнему докладу – 67-е, по только что опубликованному последнему докладу мы 71-е в мире.

«Я думаю, что если мы не будем делать принципиальных выводов и наращивать инвестиции, прежде всего в образование как основной фактор развития человеческого потенциала и его превращения в человеческий капитал, то мы и дальше будем терять свои позиции в международных рейтингах», – констатировал О.Смолин.

Борьба за души

Руководитель Центра социологии образования, науки и культуры социологии РАН Давид Константиновский рассказал о двух господствующих тенденциях в российском образовании: «массовизации» и дифференциации.

По мнению известного ученого, «массовизация» и профессионального, и общего образования будет расти, это неизбежно и необходимо, другой вопрос – как она будет происходить и какие будет иметь последствия.

Одно из них – укрупнение школьных классов, которое является «побочным эффектом» нормативно-подушевого финансирования.

Школы охотятся за учениками, чтобы сохранить или увеличить финансирование.
Вузы, в свою очередь, в условиях демографического спада охотятся за абитуриентами. Идет борьба за души, точнее, за количество душ, а не за качество образования, специалистов, человеческого потенциала. В результате происходит снижение уровня образования – и общего, и профессионального.

«Классы стали больше, а времени у педагога для общения с детьми стало меньше. Учителя жалуются нам, что больше времени проводят с ноутбуком, чем с детьми: требуется готовить все больше документов. Происходит бюрократизация учительского труда. И не только учительского. Университетский профессор тоже во все большей степени становится служащим. Образовательные учреждения все в большей степени становятся учреждениями», – с горечью констатирует ученый.

Со своей стороны, потребители образовательных услуг создают ажиотажный спрос на высшее профессиональное образование.

Одним – знания, другим – диплом

Однако этот спрос дифференцирован. Одним нужно образование – то есть знания, профессия, позволяющая реализовать себя, достигнуть достойного образа жизни и т.д. Другим нужен диплом, не важно какой, чтобы получить работу, например, продавца-консультанта в магазине готового платья.
 
Соответственно дифференцировано и предложение. Одни вузы дают реальное качественное образование, другие – диплом.
 
«Разные дипломы – это разные судьбы, – размышляет ученый. – Кому – профессию, стабильный хороший статус, интересную работу, хорошие книги, музыкальные шедевры; а кому – диплом, массовую профессию, посредственный уровень жизни и телевизор».
И все-таки Константиновский против закрытия «липовых» вузов или преобразования их в техникумы, ПТУ. И то и другое, по его мнению, опасно, поскольку в обоих случаях «молодые люди уйдут на улицу, а там и криминал, и наркотики, и пр.».

Да, в этом году мало оказалось абитуриентов, на все вузы не хватило. Но это не значит, что есть лишние учебные заведения. По расчетам ученых, на подходе столько первоклассников, что вскоре абитуриентов хватит на всех.

По прогнозам Константиновского, дифференциация вузов (и соответственно дипломов) возрастет в ответ на различные запросы населения (кому диплом, кому образование).
На этом фоне возрастет и дифференциация школ (так как путь в вуз соответствующего уровня ведет из соответствующей школы), да и детских садов и других учреждений дошкольного образования – по той же причине.

С чего начать реформы?

Смириться и принять как должное эту тенденцию – неравенства в образовании, ведущего в дальнейшем к социальному неравенству, по мнению ученого, нельзя, поскольку «осознание невозможности достичь желаемого статуса, намеченного жизненного стандарта неминуемо вызывает перманентную неудовлетворенность человека своим положением». Происходит разрушение идеалов, усиливается недоверие к социальным институтам и ценностям. В итоге возникает предрасположенность к девиантному поведению, к асоциальным поступкам.

Как преодолеть сложившуюся ситуацию?

По убеждению Константиновского, «начинать надо с предшкольного (или дошкольного) образования, а далее уже надстраивать следующие этажи».

По его словам, «именно здесь, до школы, можно выровнять возможности детей из разных социальных групп, взрастить у них мотивацию к учебе, дать им настоящий импульс к всестороннему развитию и т.д.».

Правда, реализация этой задачи осложняется из-за острого дефицита мест в детских садах: очередь из желающих превышает миллион!

И эта проблема выходит за рамки системы образования, поскольку решить ее можно только на социальном и даже на политическом уровне.

Напротив, совершенствование ЕГЭ, по мнению ученого, – вопрос институциональный.
«ЕГЭ не должен играть в жизни человека такую определяющую, судьбоносную роль, какая отведена ему сегодня, – подчеркивает Константиновский. – Количество баллов, полученных на экзамене, не должно определять судьбу человека. Это скорее из фантастического романа про планету, где торжествуют технократические представления».

Кстати, по мнению О.Смолина, ЕГЭ резко меняет весь характер преподавания в школе – с творческого на репродуктивный, и «даже его активные сторонники – учителя говорят, что ведут два разных вида уроков: на одних изучают материал, а на других дрессируют на ЕГЭ».
«На мой взгляд, в XXI веке, когда ставится задача создания новой экономики, общества знаний, понижать творческий потенциал детей противоестественно», – убежден депутат.

«Последнее слово должно быть за родителями»

По мнению руководителя столичного Центра образования № 548 «Царицыно» Ефима Рачевского, на модернизацию системы образования способны оказать серьезное влияние потребители образовательных услуг – родители школьников.

Причем их запросы и требования по отношению к школе динамично меняются в зависимости от социально-экономической ситуации в стране.

Так, например, в 90-е годы были в моде дополнительные занятия разными «нетрадиционными» для того периода предметами: иностранными языками, ритмикой и т.д.

Родители, по словам Рачевского, настаивали на введении шестидневки, поскольку руководствовались принципом «чем больше дней, тем больше знаний».

В то время основными темами дискуссий были соотношение платных и бесплатных образовательных услуг, усиление школьной безопасности (в связи со взрывами жилых домов в Москве и Волгодонске).

Сегодня, по мнению Рачевского, картина родительского спроса кардинально изменилась.
По его словам, «нынешние родители начинают продумывать и формировать персональную карьеру своих детей значительно раньше, чем это делалось 15–20 лет назад».

«На первый план в системе их ценностей выходят здоровье детей, их свободное внешкольное время, а само образование ассоциируется с дальнейшим жизненным успехом», – считает директор одной из лучших школ страны.

Теперь родители настаивают на сокращении учебной недели до пяти дней и на исключении дополнительных предметов из сетки часов – с тем чтобы их чада основательно изучали только те дисциплины, с которыми они связывают свою будущую профессию.

Ефим Рачевский разделяет эту позицию, считая учебные программы российских школ излишне перегруженными, а финансовые затраты государства на эти цели – неоправданными. («Если сократить число предметов на треть, то сэкономленных денег как раз хватит на реконструкцию аварийных школ», – утверждает докладчик.) Кроме того, многопредметность, по его мнению, негативно отражается на здоровье учащихся.

Да и общество настроено против перегрузок.

По его мнению, современные родители в своих запросах и требованиях во многом опережают школу. Вот их социальный портрет.

Это свободные молодые люди, представляющие первую популяцию так называемого «непоротого поколения», как правило, имеющие высшее образование и обладающие информационной культурой – зачастую более высокой, чем у педагогов. При этом они себя идентифицируют как налогоплательщики, которые считают, что они содержат школу и вправе требовать от нее выполнения своих пожеланий.

В этом контексте Рачевский считает особенно актуальным создание системы государственно-общественного управления в школах, в том числе управляющих советов.
В их состав входят учащиеся, педагоги, родители, представители местного сообщества.
«Полномочия этого органа очень большие – вплоть до рассмотрения школьного бюджета, а эффект колоссальный. И это реальный шаг к тому, чтобы образование стало приобретать черты социального института», – подчеркивает Рачевский.

Но как директору школы удается скоординировать разноречивые мнения родителей, учащихся по тем или иным вопросам – будь то введение школьной формы или развивающего обучения в начальных классах?

Здесь у известного педагога есть свои рекомендации: во-первых, процесс подготовки любого решения должен быть открытым, во-вторых, задача директора – так организовать дискуссию, чтобы все заинтересованные стороны пришли к единому мнению.

Вывод, сделанный Рачевским в завершение своего доклада, тоже вполне демократичен: «Последнее слово должно быть не за тем, кто руководит образовательным учреждением, а за теми, кто является потребителем образовательных услуг».


версия для печати

КОММЕНТАРИИ К ЭТОЙ СТРАНИЦЕ



Оставить комментарий
Читать комментарии [0]: